ALSHAR

настроение желания

Главная » Обзоры » Книги » 1984
(0 голоса, среднее 0 из 5)

1984

Индекс материала
1984
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Все страницы

Как всегда, на экране появился враг народа Эммануэль Голдстейн. Зрители зашикали. Маленькая женщина с рыжеватыми волосами взвизгнула от страха и омерзения. Голдстейн, отступник и ренегат, когда то, давным давно (так давно, что никто уже и не помнил, когда), был одним из руководителей партии, почти равным самому Старшему Брату, а потом встал на путь контрреволюции, был приговорен к смертной казни и таинственным образом сбежал, исчез. Программа двухминутки каждый день менялась, но главным действующим лицом в ней всегда был Голдстейн. Первый изменник, главный осквернитель партийной чистоты. Из его теорий произрастали все дальнейшие преступления против партии, все вредительства, предательства, ереси, уклоны. Неведомо где он все еще жил и ковал крамолу: возможно, за морем, под защитой своих иностранных хозяев, а возможно – ходили и такие слухи, – здесь, в Океании, в подполье.
Уинстону стало трудно дышать. Лицо Голдстейна всегда вызывало у него сложное и мучительное чувство. Сухое еврейское лицо в ореоле легких седых волос, козлиная бородка – умное лицо и вместе с тем необъяснимо отталкивающее; и было что то сенильное в этом длинном хрящеватом носе с очками, съехавшими почти на самый кончик. Он напоминал овцу, и в голосе его слышалось блеяние. Как всегда, Голдстейн злобно обрушился на партийные доктрины; нападки были настолько вздорными и несуразными, что не обманули бы и ребенка, но при этом не лишенными убедительности, и слушатель невольно опасался, что другие люди, менее трезвые, чем он, могут Голдстейну поверить. Он поносил Старшего Брата, он обличал диктатуру партии. Требовал немедленного мира с Евразией, призывал к свободе слова, свободе печати, свободе собраний, свободе мысли; он истерически кричал, что революцию предали, – и все скороговоркой, с составными словами, будто пародируя стиль партийных ораторов, даже с новоязовскими словами, причем у него они встречались чаще, чем в речи любого партийца. И все время, дабы не было сомнений в том, что стоит за лицемерными разглагольствованиями Голдстейна, позади его лица на экране маршировали бесконечные евразийские колонны: шеренга за шеренгой кряжистые солдаты с невозмутимыми азиатскими физиономиями выплывали из глубины на поверхность и растворялись, уступая место точно таким же. Глухой мерный топот солдатских сапог аккомпанировал блеянию Голдстейна.


Ненависть началась каких нибудь тридцать секунд назад, а половина зрителей уже не могла сдержать яростных восклицаний. Невыносимо было видеть это самодовольное овечье лицо и за ним – устрашающую мощь евразийских войск; кроме того, при виде Голдстейна и даже при мысли о нем страх и гнев возникали рефлекторно. Ненависть к нему была постояннее, чем к Евразии и Остазии, ибо когда Океания воевала с одной из них, с другой она обыкновенно заключала мир. Но вот что удивительно: хотя Голдстейна ненавидели и презирали все, хотя каждый день, но тысяче раз на дню, его учение опровергали, громили, уничтожали, высмеивали как жалкий вздор, влияние его нисколько не убывало. Все время находились, новые простофили, только и дожидавшиеся, чтобы он их совратил. Не проходило и дня без того, чтобы полиция мыслей не разоблачала шпионов и вредителей, действовавших по его указке. Он командовал огромной подпольной армией, сетью заговорщиков, стремящихся к свержению строя. Предполагалось, что она называется Братство. Поговаривали шепотом и об ужасной книге, своде всех ересей – автором ее был Голдстейн, и распространялась она нелегально. Заглавия у книги не было. В разговорах о ней упоминали – если упоминали вообще – просто как о книге. Но о таких вещах было известно только по неясным слухам. Член партии по возможности старался не говорить ни о Братстве, ни о книге.


Ко второй минуте ненависть перешла в исступление. Люди вскакивали с мест и кричали во все горло, чтобы заглушить непереносимый блеющий голос Голдстейна. Маленькая женщина с рыжеватыми волосами стала пунцовой и разевала рот, как рыба на суше. Тяжелое лицо О'Брайена тоже побагровело. Он сидел выпрямившись, и его мощная грудь вздымалась и содрогалась, словно в нее бил прибой. Темноволосая девица позади Уинстона закричала: «Подлец! Подлец! Подлец!» – а потом схватила тяжелый словарь новояза и запустила им в телекран. Словарь угодил Голдстейну в нос и отлетел. Но голос был неистребим. В какой то миг просветления Уинстон осознал, что сам кричит вместе с остальными и яростно лягает перекладину стула. Ужасным в двухминутке ненависти было не то, что ты должен разыгрывать роль, а то, что ты просто не мог остаться в стороне. Какие нибудь тридцать секунд – и притворяться тебе уже не надо. Словно от электрического разряда, нападали на все собрание гнусные корчи страха и мстительности, исступленное желание убивать, терзать, крушить лица молотом: люди гримасничали и вопили, превращались в сумасшедших. При этом ярость была абстрактной и ненацеленной, ее можно было повернуть в любую сторону, как пламя паяльной лампы. И вдруг оказывалось, что ненависть Уинстона обращена вовсе не на Голдстейна, а наоборот, на Старшего Брата, на партию, на полицию мыслей; в такие мгновения сердцем он был с этим одиноким осмеянным еретиком, единственным хранителем здравомыслия и правды в мире лжи. А через секунду он был уже заодно с остальными, и правдой ему казалось все, что говорят о Голдстейне. Тогда тайное отвращение к Старшему Брату превращалось в обожание, и Старший Брат возносился над всеми – неуязвимый, бесстрашный защитник, скалою вставший перед азийскими ордами, а Голдстейн, несмотря на его изгойство и беспомощность, несмотря на сомнения в том, что он вообще еще жив, представлялся зловещим колдуном, способным одной только силой голоса разрушить здание цивилизации.


А иногда можно было, напрягшись, сознательно обратить свою ненависть на тот или иной предмет. Каким то бешеным усилием воли, как отрываешь голову от подушки во время кошмара, Уинстон переключил ненависть с экранного лица на темноволосую девицу позади. В воображении замелькали прекрасные отчетливые картины. Он забьет ее резиновой дубинкой. Голую привяжет к столбу, истычет стрелами, как святого Себастьяна. Изнасилует и в последних судорогах перережет глотку. И яснее, чем прежде, он понял, за что ее ненавидит. За то, что молодая, красивая и бесполая; за то, что он хочет с ней спать и никогда этого не добьется; за то, что на нежной тонкой талии, будто созданной для того, чтобы ее обнимали, – не его рука, а этот алый кушак, воинствующий символ непорочности.

Ненависть кончалась в судорогах. Речь Голдстейна превратилась в натуральное блеяние, а его лицо на миг вытеснила овечья морда. Потом морда растворилась в евразийском солдате: огромный и ужасный, он шел на них, паля из автомата, грозя прорвать поверхность экрана, – так что многие отпрянули на своих стульях. Но тут же с облегчением вздохнули: фигуру врага заслонила наплывом голова Старшего Брата, черноволосая, черноусая, полная силы и таинственные спокойствия, такая огромная, что заняла почти весь экран. Что говорит Старший Брат, никто не расслышал. Всего несколько слов ободрения, вроде тех, которые произносит вождь в громе битвы, – сами по себе пускай невнятные, они вселяют уверенность одним тем, что их произнесли. Потом лицо Старшего Брата потускнело, и выступила четкая крупная надпись – три партийных лозунга:


ВОИНА – ЭТО МИР СВОБОДА – ЭТО РАБСТВО НЕЗНАНИЕ – СИЛА


Но еще несколько мгновений лицо Старшего Брата как бы держалось на экране: так ярок был отпечаток, оставленный им в глазу, что не мог стереться сразу. Маленькая женщина с рыжеватыми волосами навалилась на спинку переднего стула. Всхлипывающим шепотом она произнесла что то вроде: «Спаситель мой!» – и простерла руки к телекрану. Потом закрыла лицо ладонями. По видимому, она молилась.
Тут все собрание принялось медленно, мерно, низкими голосами скандировать: «ЭС БЭ!.. ЭС БЭ!.. ЭС БЭ!» – снова и снова, врастяжку, с долгой паузой между «ЭС» и «БЭ», и было в этом тяжелом волнообразном звуке что то странно первобытное – мерещился за ним топот босых ног и рокот больших барабанов. Продолжалось это с полминуты. Вообще такое нередко происходило в те мгновения, когда чувства достигали особенного накала. Отчасти это был гимн величию и мудрости Старшего Брата, но в большей степени самогипноз – люди топили свои разум в ритмическом шуме. Уинстон ощутил холод в животе. На двухминутках ненависти он не мог не отдаваться всеобщему безумию, но этот дикарский клич «ЭС БЭ!.. ЭС БЭ!» всегда внушал ему ужас. Конечно, он скандировал с остальными, иначе было нельзя. Скрывать чувства, владеть лицом, делать то же, что другие, – все это стало инстинктом. Но был такой промежуток секунды в две, когда его вполне могло выдать выражение глаз. Как раз в это время и произошло удивительное событие – если вправду произошло.


Он встретился взглядом с О'Брайеном. О'Брайен уже встал. Он снял очки и сейчас, надев их, поправлял на носу характерным жестом. Но на какую то долю секунды их взгляды пересеклись, и за это короткое мгновение Уинстон понял – да, понял! – что О'Брайен думает о том же самом. Сигнал нельзя было истолковать иначе. Как будто их умы раскрылись и мысли потекли от одного к другому через глаза. «Я с вами. – будто говорил О'Брайен. – Я отлично знаю, что вы чувствуете. Знаю о вашем презрении, вашей ненависти, вашем отвращении. Не тревожьтесь, я на вашей стороне!» Но этот проблеск ума погас, и лицо у О'Брайена стало таким же непроницаемым, как у остальных.
Вот и все – и Уинстон уже сомневался, было ли это на самом деле. Такие случаи не имели продолжения. Одно только: они поддерживали в нем веру – или надежду, – что есть еще, кроме него, враги у партии. Может быть, слухи о разветвленных заговорах все таки верны – может быть, Братство впрямь существует! Ведь, несмотря на бесконечные аресты, признания, казни, не было уверенности, что Братство – не миф. Иной день он верил в это, иной день – нет. Доказательств не было – только взгляды мельком, которые могли означать все, что угодно и ничего не означать, обрывки чужих разговоров, полустертые надписи в уборных, а однажды, когда при нем встретились двое незнакомых, он заметил легкое движение рук, в котором можно было усмотреть приветствие. Только догадки; весьма возможно, что все это – плод воображения. Он ушел в свою кабину, не взглянув на О'Брайена. О том, чтобы развить мимолетную связь, он и не думал. Даже если бы он знал, как к этому подступиться, такая попытка была бы невообразимо опасной. За секунду они успели обменяться двусмысленным взглядом – вот и все. Но даже это было памятным событием для человека, чья жизнь проходит под замком одиночества.
Уинстон встряхнулся, сел прямо. Он рыгнул. Джин бунтовал в желудке.
Глаза его снова сфокусировались на странице. Оказалось, что, пока он был занят беспомощными размышлениями, рука продолжала писать автоматически. Но не судорожные каракули, как вначале. Перо сладострастно скользило по глянцевой бумаге, крупными печатными буквами выводя:

ДОЛОЙ СТАРШЕГО БРАТА
ДОЛОЙ СТАРШЕГО БРАТА
ДОЛОЙ СТАРШЕГО БРАТА
ДОЛОЙ СТАРШЕГО БРАТА
ДОЛОЙ СТАРШЕГО БРАТА

раз за разом, и уже исписана была половина страницы.
На него напал панический страх. Бессмысленный, конечно: написать эти слова ничуть не опаснее, чем просто завести дневник; тем не менее у него возникло искушение разорвать испорченные страницы и отказаться от своей затеи совсем.
Но он не сделал этого, он знал, что это бесполезно. Напишет он ДОЛОЙ СТАРШЕГО БРАТА или не напишет – разницы никакой. Будет продолжать дневник или не будет – разницы никакой. Полиция мыслей и так и так до него доберется. Он совершил – и если бы не коснулся бумаги пером, все равно совершил бы – абсолютное преступление, содержащее в себе все остальные. Мыслепреступление – вот как оно называлось. Мыслепреступление нельзя скрывать вечно. Изворачиваться какое то время ты можешь, и даже не один год, но рано или поздно до тебя доберутся.
Бывало это всегда по ночам – арестовывали по ночам. Внезапно будят, грубая рука трясет тебя за плечи, светят в глаза, кровать окружили суровые лица. Как правило, суда не бывало, об аресте нигде не сообщалось. Люди просто исчезали, и всегда – ночью. Твое имя вынуто из списков, все упоминания о том, что ты делал, стерты, факт твоего существования отрицается и будет забыт. Ты отменен, уничтожен: как принято говорить, распылен.
На минуту он поддался истерике. Торопливыми кривыми буквами стал писать:
меня расстреляют мне все равно пускай выстрелят в затылок мне все равно долой старшего брата всегда стреляют в затылок мне все равно долой старшего брата.
С легким стыдом он оторвался от стола и положил ручку. И тут же вздрогнул всем телом. Постучали в дверь.
Уже! Он затаился, как мышь, в надежде, что, не достучавшись с первого раза, они уйдут. Но нет, стук повторился. Самое скверное тут – мешкать. Его сердце бухало, как барабан, но лицо от долгой привычки, наверное, осталось невозмутимым. Он встал и с трудом пошел к двери.




Альшар - открытый мужской журнал. Для тех, кто работает эффективно и умеет отдыхать. Для тех, кто живет сегодня. Полезные знания, интересное, новое. Любой может добавить статью и стать автором. Каждый имеет возможность добавлять материалы фотообзоры и видео. Ярким авторам права редактора - возможность редактировать статьи и структуру разделов журнала, удалять спам авторов и модерировать комментарии. Контроль авторских интересов - read@alshar.ru. В журнале нет скрытой рекламы, жутких псевдо сенсаций, острополитических баталий, национальных войн и прочих коллективных флеш моб технологий. Цель - интересный журнал который приятно читать. Особое предпочтение следующим категориям публикаций:

Открытый мужской журнал - каждый имеет возможность добавлять материалы, фото обзоры и видео. Ярким авторам - личная рубрика и права редактора. Контроль авторских прав: read@alshar.ru

Самое интересное

Пред След

Зачем нужна школа

Зачем нужна школа

Давайте, коллеги, задумаемся, а зачем, вообще, нужна средняя школа? И, главное, кому она нужна? Мы как-то уже привыкли, что все дети посещают школу, и это нужно даже не нам, а самим детям. Однако нет ли здесь изрядной доли лицемерия? На мой взгляд, есть. И я собираюсь сегодня показать, какие на самом деле у нас есть причины, чтобы мучать ребёнка в течение десяти...

Будапешт за 5 часов

Будапешт за 5 часов

Россия - Испания настроение было подавленное. Возаращаться в Вену пока не хотелось и мы решили смотаться в Будапешт. Выехав из Братиславы в 10 утра, мы уже в 12 часов въехали в венгерскую столицу.

Cписок вещей в роддом

Cписок вещей в роддом

С седьмого месяца беременности, когда роды могут начаться в любой момент, должна быть готова сумка вещей в роддом. Женщины бывают разные, так что эта информация может быть полезна для мужчин. 

Хачапури - это грузинская лепешка с сыром

Хачапури - это грузинская лепешка с сыром

Тесто: В большой миске смешайте йогурт, яйца, сливочное масло и соль. Начните добавлять муку понемногу, перемешивая руками. Тесто должно получиться мягким и эластичным, поэтому добавьте столько муки, сколько необходимо в конкретном случае. Добавьте соду. На присыпанной мукой доске поразминайте тесто в течение 5-10 минут. Верните тесто в миску, закройте пищевой пленкой и поставьте в холодильник на 20 минут минимум.

Тот кто рядом

Тот кто рядом

Жил-был вождь, и мучили его всю жизнь три вопроса: какая самая главная пора, кто самый главный человек, какое самое главное дело? Думал вождь: знай я ответ на три эти вопроса – весь мир покорю, всё, что ни пожелается, свершу, и станет народ за великого мудреца меня почитать.

Что такое Веды?

Что такое Веды?

«В целом мире нет учения настолько благотворного и возвышающего, как учение Упанишад. Оно было утешением моей жизни, и оно станет утешением моей смерти». Артур Шопенгауэр, немецкий философ и писатель. Что же такое Веды? На десять самых распространенных вопросов о Ведах отвечает Вадим Тунеев.  

Лучший отель на Мальдивах

Лучший отель на Мальдивах

У меня день рождения с женой в один день. Уже стало традицией уезжать в этот день куда-нибудь заграницу. В прошлом году мы отмечали в Ливане, годом раньше в Берлине, а в этом году я очень долго не мог решить, куда поехать. Любимая очень хотела "на море", а я этому всячески противился - не люблю пляжный отдых. За неделю до дня рождения вопрос...

Транснациональное государство

Транснациональное государство

После распада СССР мир вступил в новую фазу своего существования. На смену двуполярной системы взаимоотношений пришла система однополярная, но это не дало мировому сообществу реальной возможности прийти к своей полной глобализации. Процесс создания транснационального государства запущенный из недр современной западной цивилизации основанный на попрании этнических особенностей входящих в его состав народов привёл к тому, что в противовес этой модели развития стали возникать...

Подчинение женщины

Подчинение женщины

В данном пособии представлена Система Тотального Подчинения Женщины. Она представляет собой комплекс чрезвычайно эффективных приемов быстрого воздействия на женскую психику. Эта система научит Вас прежде всего подчинять женщину. Ну, а подчинив ее себе, Вы сможете получить от нее всё, что Вы захотите. Именно в этом заключается отличие данного курса от всех других внешне похожих. Все методики подобные эриксонианскому гипнозу, NLP, ВНЕ, все методики...

Как пережить трудные времена

Как пережить трудные времена

Бывает так плохо, что руки опускаются. Страх, ненависть, отчаяние накатывают волна за волной или стресс длится и длится, кажется, ему не будет конца. Вы чувствуете, что еще немного ‒ и правда сойдете с ума. Как взять себя в руки, успокоиться, найти силы продолжать жить? Вот несколько советов, которые помогут пережить трудные времена.

Жена

Жена

Как мало нужно на самом деле..., чтобы стать лучше и выполнить предназначение - просто желать человеку, которого любишь, счастья. И никогда не сомневаться, что будет именно так.И всего-то, стоит лишь помнить мужчинам: рядом с вами в лице ваших жен находятся: тайна, магия, излечение, ваша защита от любого врага, ваше здоровье души и тела, ваша карьера и процветание, ваш мирный сон и ваше...

Вилла на Самуи

Вилла на Самуи

Раньше для меня никогда не стоял выбор жить на вилле или в гостинице. Я всегда выбирал гостиницу, но в этот раз мое мировоззрение изменилось. В Таиланд на остров Самуи мы с приехали по приглашению из компании, которая занимается сдачей в аренду и продажей вилл на острове Самуи. Нашей задачей было пожить на вилле, получить удовольствие и на собственном опыте прочувствовать все прелести...

Почему надо помнить

Почему надо помнить

ПОЧЕМУ МЫ ПРОСТО ОБЯЗАНЫ ПРАЗДНОВАТЬ ДЕНЬ ПОБЕДЫ?! Питерский поэт Антон Чёрный, проживающий в данный момент времени в США, прислал весточку: ПОЧЕМУ НАДО ПРАЗДНОВАТЬ ДЕНЬ ПОБЕДЫ? Кому-то не очень понятно, зачем 70 лет спустя отмечать его так широко. Неужели ещё нужно кому-то что-то доказывать? Ведь это русские победили немцев, ясен же пень.

Tax credit

Tax credit

Я  целый день сопротивлялся искушению вмешаться в дебаты по поводу запрета на усыновление российских детей американскими гражданами. Но вот после 21 часа не выдержал.

Спортивное питание

Спортивное питание

Здоровое питание для мужчин предполагает комплексное питание, насыщенное белками, жирами, углеводами, витаминами, минеральными веществами. Источниками углеводов являются крупы, овощи и фрукты, достаточный запас жиров содержится в растительном масле, рыбе, мясе. Белок, необходимый для строительства клеток, присутствует в молочных продуктах, бобовых, орехах, в мясе и рыбе. В целом в рационе мужчины должны постоянно присутствовать три основных продукта – мясо, преимущественно нежирное, свежая рыба...

Google

Google

Работать в Google Россия интересно как для инженеров, занимающихся высоконагруженными распределенными системами, так и для специалистов по низкоуровневому программированию.

От Матроны до Пересвета

От Матроны до Пересвета

Маршрут 4-6 км, можно начинать от нескольких станций метро: «Пролетарской», «Крестьянской заставы», «Таганской» или «Марксистской». В том случае, если двигаться от Таганской площади по ул. Таганской, то мы выйдем к широко известному Покровскому Ставропигиальному женскому монастырю, в котором находятся мощи св. Матроны Московской. После посещения монастыря, по ул. Абельмановской спускаемся к пл. Крестьянской Заставы (рядом станции метро «Пролетарская» и «Крестьянская застава»), справа оставляем...

Огни настроения

Огни настроения

Сотни людей собираются на рождественский базар во Франкфурте, Германия, официальное открытие которого состоялось 24 ноября.  Рождественский рынок на площади Александерплац в Берлине. Национальная Рождественская елка перед Белым домом. Елка у Рокфеллер Центр в Нью-Йорке и скульптуры ангелов.  

Справка о доходах

Справка о доходах

В программах кредитования покупки нового автомобиля банки требуют предоставить сведения о зарплате - справка о доходах по форме 2-НДФЛ, по форме Банка или в свободной форме за последние 6 месяцев. Образец справки о доходах.

100 фактов о жизни и бизнесе

100 фактов о жизни и бизнесе

Управляющий директор и соучредитель фонда Genezis Capital Александр Журба сформулировал 100 фактов, которые узнал к 27 годам о жизни и бизнесе. Рекомендуем прочитать, это того стоит.