Жизнь после денег или кто и как может позволить себе быть свободным? На прямой вопрос: «Вас такая жизнь устраивает?» — прямо же и отвечал: «Не устраивает. Но я не хочу работать, понимаете?». Все случилось под Новый год. Пришел директор рекламного, что ли, департамента, прошелся по офису с картонной коробкой и предпраздничной улыбкой. Раздал каждому сотруднику по красному колпаку с белой оторочкой. Сказал, что все работники фирмы — одна большая семья, и неплохо бы создать праздничную атмосферу.
И вот Николай (юзер йес) взял свою шапочку Санта-Клауса, повертел в руках, вышел из офисной комнаты и больше никогда туда не вернулся. Позднее написал: «Взрослые мужики сидят в красных колпаках, работают. Я встал и вышел».
Чем занялся Николай? Уехал в деревню. Сидит Николай в деревне и в ЖЖ, и слегка недоволен обоими своими убежищами. В деревне соседи считают его чужаком, а друзья чудаком; что же касается ЖЖ, Николаю не нравится слишком вялое умственное обеспечение идеи дауншифтинга.
Да и само слово кажется ему израсходованным, замученным, никуда уже не годным. Всякий интересующийся знает перевод (downshifting — переключение автомобиля на более низкую передачу, а также замедление или ослабление какого-либо процесса), и всякий знает: дауншифтер — это такой мажор (гламурный хипстер, випстер), который сдал московскую квартиру и сидит на Гоа.
Есть взгляд более общий — перед нами правильные ребята, которые намеренно снижают уровень амбиций и свои вещевые аппетиты, но зато повышают качество жизни. Больше времени остается на семью и самореализацию. Это мягкий, плюшевый, атлантический взгляд на дауншифтинг, хотя сама идея не утратила своей тепловой энергии.
Николай иностранное слово не полюбил, зато признает термин «ушельцы» и считает, что русские ушельцы гораздо более идейные и жесткие. Они вырываются из Системы, отказываются признавать системное представление о жизненном успехе. Им претит, когда жизненный путь сводится к беговой дорожке к пляжу. Сначала погоня за успехом, а потом обещанный рай: бассейн и гамак. Чужая игра, теснота и возня на службе, дружба, превращенная в пожизненное вещевое соревнование, еженедельный поход в торговый храм за новой порцией удовольствия. Автоматическое заглотство.
Ушелец выходит из игры, живет не для того, чтобы больше заработать, а для того, чтобы больше понять. Как-то так.
Впрочем, себя Николай называет социальным отшельником.
Выход есть
Я люблю просматривать главные идеологические площадки российских дауншифтеров.
Usheltzy — сообщество в «Живом журнале», и ru_downshift — тоже сообщество в «Живом журнале».
Самое же лучшее чтение (на мой вкус) — это «Выход без покупок», независимое интернет-обозрение.
Горячие слова горят на странице: «Офисно-феодальная зависимость себя исчерпала. Выход есть. Отказ от «карьеры» в пользу своей души и истинного предназначения. И это не религия и не сектантство. Это Жизнь — по своим, а не чужим законам».
Есть еще какие-то причудливые сетевые места и новые веяния, но нам бы хоть сообразить, как жестких и идейных шифтеров называть и в чем тонкие меж ними различия. Самоназвания встретила я такие.
Ушельцы (если судить по Usheltzy) — в основном деревенщики. Хотя основатель и идеолог сообщества mustafa ibrahim («писатель, психолог, в прошлом — бизнесмен. Ныне — деревенский сумасшедший, так меня воспринимают местные: а кто же еще по собственной воле свалит из Москвы в глухую деревню на Южном Урале. Они не знают модного ругательства «дауншифтер») считает, что ушельцем можно стать и оставаясь в городе. Приводит пример — успешная девица ушла работать нянечкой в детский дом.
Опрощенцы, они же последователи философии simple living. Тоже уход, отъезд, предпочтение отдается эко-поселениям.
Беглецы. Отказники, или «пришельцы» (чаще всего так называют себя добрые люди, избравшие путь волонтерства и общественного служения).
Да, есть также паразиты безыдейные. Нельзя сказать, чтобы это было самоназвание, но в своих высказываниях паразиты безыдейные откровенны. Забредают на сетевые площадки принципиалов, картинно ужасаются.
Вот классический пример — юзер, скажем, Mishenka.
Горячо высказывается: «Давно подписался на это сообщество, но что тут пишут! Дауншифтинг — это что, переехать в дикое российское место и заниматься сельским хозяйством?
Дауншифтинг — это же отказ от некоторых благ ради других! Примерно так я понимаю. Я не работаю, живу на море, в Тае, поэтому не могу позволить себе покупку дорогих машин, например, и других лакшери-вещей. Но зато могу позволить спать сколько хочется, жить в тепле и т.д.». Идейные ушельцы паразитов не любят, но включают в классификацию и относят в отдельную категорию. С колонией на Гоа не смешивают — те меняют свой образ жизни все же более осмысленно. «Паразиты» — это такой затяжной молодежный хипстерский туризм. Папаяищусебядураковаляние.
Так, что еще у нас остается?
Социальное отшельничество, или «сброс понтов». Отшельники — всегда одиночки. Не пафосные, очень мягкие. Жизнь как процесс. Отказ от любого участия в социальных играх, чтобы государству ухватить было не за что. Делятся на отшельников в скиту (то есть поменявших место жительства) и отшельников в миру.
Вот типическая запись отшельника «в скиту»: «Я переехал в пригород небольшого города. Сменил работу и не жалею. Работаю 2 часа в сутки, денег на жизнь достаточно. Все есть: комп, плазма, тарелка. Ну не могу съездить за границу на море, а оно мне надо?»
А вот блестящая иллюстрация жизни отшельника «в миру». Историю этого интереснейшего человека я обнаружила в сообществе odin_moy_den.
Димитрий (ник radio_ritual) рассказывает о себе. «Мне 36 лет, из которых я работал всего 2 года, в 1996 году я продавал попкорн, например, но не просто
продавал, но еще и изготавливал его, остальное время я тунеядствовал. В наследство я получил 2-комнатную квартиру за МКАД, сдаю одну из комнат, тем самым зарабатывая себе денежку на три корочки хлеба. Итак, проснуться я могу в любое время дня и ночи».
Odin_moy_den, если вы в курсе, сообщество, где желающие рассказывают о своей жизни (на примере одного дня), а другие желающие эту жизнь обсуждают. Сразу на Диму с его лопнувшей раковиной, грязным сортиром, жиличкой и тунеядством набежали мажорики.
Вот уж где комментаторы не считали необходимым золотить свою речь учтивой китайщиной.
«Почему-то очень вас стало жалко».
«Согласна… Как такое вообще можно публиковать, человек неграмотный, грубый. И дело тут не в том, ГДЕ ты живешь, дело в том, КАК ты живешь. Подобную жизнь надо бы скрывать или хотя бы не позорить себя же»; «А вы на голубом глазу считаете, что взрослый мужчина может жить вот так? Все в порядке?» Это, ясное дело, девушки писали. Девушке как боевой биологической единице в режиме поиска вообще ненавистен уклоняющийся от социальных обязанностей мужчина.
Дмитрий мягко отвечал — в воздух, в эфир: «Супруга моя очень любила розовый, все у нее было розовое — и телефончик, и трусики».
Или: «Земеля, с которым мы вместе еще в детский садик ходили, меня блаженным зовет. Я никому не завидую. Это мой выбор, это мой путь, от работы кони дохнут. Гордыня самый страшный грех, я не имею к нему никакого отношения, меня Боженька будет судить за леность и онанизм».
На прямой вопрос: «Вас такая жизнь устраивает?», прямо же и отвечал: «Не устраивает. Но я не хочу работать, понимаете?»
И подтянулась яростная защита («яростно плюсану!»): «Так полстраны живет, и ничего!»; «Дмитрий, это они от зависти! Все хотят ничего не делать, а вернее — делать, что хотят».
Мне припомнилось, как однажды в деревне я слышала такие же слова про сельского пьяницу. Говорила я с фермером — очень усталым, замученным чиновниками человеком, — но идейным, с большой и крепкой семьей, с мечтой о родовом поместье. Глядя в сторону, он чуть не с завистью сказал о местном колдыре: «Что ж, человек ДЛЯ СЕБЯ живет!»
Дмитрий никакой не пьяница — но живет «для себя».
И если вы решите возмутиться и объяснить мне, что наш герой простой тунеядец, и не нужно под безволие идеологическую базу подводить, то я осмелюсь напомнить, что Дмитрий действительно не одинок в своем выборе жизненного пути; что в его тунеядстве чувствуется сила личного выбора; и сила воли у него есть — как энергия и притяжение свободы, вольности. А всякий свободный человек не может не интересовать.
Что же, перед нами прошла целая когорта вольных людей, объединяют же их всех способы побега. Спастись от государственной игры можно с помощью двух вещей — либо земли, либо ренты.
Земельный надел или сдаваемая недвижимость. Ибо сдача недвижимости действительно пока практически единственный массово доступный путь стать рантье.
Главное — страха нет. И каково же было мое удивление, когда я наткнулась на еще одно сообщество вольных людей. Кто ищет откровений на сайте, на котором обсуждается пенсионная реформа?
Тем не менее наткнулась я там на такие слова:
«С сорока пяти лет жила в страхе — не было уверенности в завтрашнем дне. Вышла на пенсию и поняла — я уже живу в этом самом завтрашнем дне, и ничего. Живу. Теперь меня ничем испугать невозможно» — так писала в своем блоге юзер mprotasova; блог же ее расположен в сообществе «Жизнь после денег». Цель сообщества — «помочь тем, кто недавно вышел на пенсию». Можно было бы предположить, что в сообществе царят теллурические настроения, тепличные разговоры (отчасти правда), что полнится оно практическими советами и обсуждениями размеров денежных выплат; что можно будет отыскать на его просторах пару-тройку самодеятельных психологинь — того чудесного разлива, когда оставленной жене всегда советуют купить смелый пеньюар, а уволенной подруге — посещать выставки и дневные спектакли, чтобы не скучать. Можно было бы, да все не так. Это очень жесткая, очень горячая сетевая площадка, совершенно какая-то неожиданная — с удачным названием и особой атмосферой разговора. Так ли получилось само собой или тон был задан обдуманно — но в «Жизни после денег» говорят скорее об освобождении, о «вольных хлебах», о той стороне свободной «внегосударственной» жизни, которая редко когда обсуждается публично.
«Дорабатывала последний год и чувствовала себя пустой.
Свое детство уже не могла вспомнить, ни одного стиха не могла вспомнить. Думала — если я останусь одна, что буду делать? А появилось свободное время, и начала потихоньку наполняться», — так пишет одна из участниц разговора, и ей отвечают на той же волне: «Я себя так чувствую — была частью механизма, а стала частью организма. В городе вертелась и крутилась, а теперь вдыхаю и выдыхаю».
«Купила козу, живу БЕЗМЯТЕЖНО. Никогда не понимала, что такое размеренная жизнь. А это и есть то самое счастье».
«Главное — страха нет. Я так поняла, что жизнь нас держит страхом. Не успеть, не заработать, детям недодать. И вдруг — нет страха! Первое время мне казалось, что все вокруг изменилось или мне уши заложило. Иду, и тишина. Воздух звенит».
Идеологическую базу под дискуссию на сайте «Жизнь после денег» подвела гайдпаркер («Гайдпарк» — дискуссионный портал, «социальная сеть для зрелых людей») Tamara Puzanova. Приведу некоторые цитаты: «Господа, мне через год 70 лет, я пенсионерка. Настоящую свободу я обрела только в 65 лет, когда рассталась с работой. Заметьте, с любимой работой! Осознание этого случилось после встречи с коллегой, когда она спросила меня, чем я занимаюсь. Я не нашла сразу, что сказать ей. Казалось, не поймет. Пробормотала что-то про внучку, про огород, про коз и перепелок… А про освободившиеся мозги и прекрасные свободные мысли не сказала ничего. Я понимаю молодых амбициозных людей, мечтающих добиться в жизни успеха. Но какой ценой? Жизнь уходит с каждой секундой бытия, и в эту секунду ты, предположим, наспех жрешь гамбургер, угождаешь работодателю… а мог бы валить из Москвы, из других мегаполисов в небольшой российский город или даже деревню — работать, копить на старость сдачей жилья, обустраивать семью, здоровыми растить и учить детей, а заодно и обустраивать страну».
Ну Тамара Пузанова активный гайдпаркер, большой публицистической мощи человек со своими политпристрастиями. Пристрастия ее нас не очень интересуют. А настроения — очень даже. Правда, насчет обустраивания страны и дауншифтеры, и активистки «Жизни после денег» говорят редко — в основном про обустраивание себя.
И ушельцы, и собравшиеся на сайте дамы чувствуют себя освобожденными. Для ушельцев это выбор, для дам — чудо. Неожиданное озарение — жизнь отпустила.
Система чавкнула и выплюнула. Жизненные практики посетительниц сайта совершенно дауншиферские — деревня и рента.
В стране очень мало независимых денег. Не зарплат, не воровства и сословных поборов, не «своего бизнеса», который встроен либо в крупную, либо в мелкую машину взаиморасчетов и мздоимства, — а именно что свободных от любого госвмешательства доходов. Мало обустроенной земли и мало ренты. А между тем «только независимый доход делает джентльмена джентльменом».
А у нас — мало независимых денег и мало независимых людей.
И пусть сдача квартиры и работа на земле — маленький доход, опрощение. Зато жизнь после денег — свободная жизнь. Как написала юзер mprotasova: «Это то, что может помочь подняться».
